На самом деле, я в некотором таком, конечно, тоже сумрачном по этому поводу пребываю настроении.

Вообще, предотвратить выселение монахов из Киево-Печерской лавры, можно единственным способом сейчас – это взять в Киев и навести там порядок.

Такое непременно случится, но, как показывает ситуация, развитие последних месяцев, показывает, что, наверное, это произойдёт чуть позже.

Пока же православный человек может только молиться.

Конечно, мне очень многое непонятно в действиях руководства Украинской Православной Церкви. Я скажу, что изначально её предстоятель, руководитель, Ануфрий, он вызывал очень позитивные эмоции и даже думалось, что в тяжёлые времена у церкви действительно серьёзный и мужественный пастырь. То, как он повёл себя потом, мне непонятно. Я, разумеется, всего лишь простой мирянин, простой православный человек. Не мне говорить архиереям, как они должны действовать. Но, с другой стороны, никто не запрещает мне сказать, нравится это мне или не нравится.

То, что происходит в Киеве, мне не нравится. То, как действует руководство православной церкви, не нравится. Я не знаю, на что они рассчитывали. Только ли сейчас они увидели, что имеют дело с сатанинской властью,и с которой нельзя договориться. То, что происходит сегодня в Киево-Печерской лавре, а скоро мы будем наблюдать нечто подобное и в Почаевской лавре, уже наблюдаем. Это всё закономерные шаги, которые предпринимает официальный Киевский режим.

Ещё раз подчеркну, абсолютно сатанинский, абсолютно безбожный, не боящийся никакого суда ни земного, ни небесного, за что, естественно, они в своё время расплатятся и там, и там. Но пока что мы видим вот эту печальную ситуацию. Лидеры украинского православия, которые должны быть и надеждой, и опорой, и ведущим каким-то таким, не хочу сказать, руководящей и направляющей силой, да, чтобы не цитировать, так сказать, немножко из других сфер авторитетов. Но да, вот чем-то таким. Необходимо было бы стать Украинской Православной Церкви, но она почему-то пошла по соглашательскому пути, стала заискивать, стала маневрировать.

И что мы сейчас слышим? Говорят, так, давайте, убирайтесь отсюда из Лавры. И что предстоятель Лавры говорит? Знаете, мы вот такого числа не успеем. Мы ж тут 30 лет обживались, нам ещё надо эти самые столы вынести, стулья там и всё такое прочее. Боже ты мой, о чём он говорит? Какие обживались?